seven_tests (seven_tests) wrote,
seven_tests
seven_tests

Categories:

Действие шестое. Зелья. Окончание.

Действие шестое. Зелья. Окончание.
<<< Начало.

Проанализировав текст стихотворной загадки, FalleN и Kotty пришли к выводу, что есть смысл также поискать параллели между зельями Снейпа в шестом испытании «ГП и ФК» и зельями Слагхорна в «ГП и ПП». Освежим в памяти, что же находилось на столе:

One among us seven will let you move ahead,
одно из нас семерых позволит тебе двигаться дальше,
Another will transport the drinker back instead,
другое же, наоборот, отправит пьющего назад,
Two among our number hold only nettle wine,
в двух из нас лишь крапивное вино,
Three of us are killers, waiting bidden in line.
трое из нас - убийцы, стоящие в этом ряду.


Для начала обратим внимание на две скляночки с крапивным вином. Вино в шестой книге дважды серьёзно влияет на развитие сюжета: в сценах отравления Рона и спаивания хогвартских профессоров после похорон Арагога для добычи важнейшего из семи воспоминаний. Кроме того, как склянки с крапивным вином в первой книге принадлежат мастеру Снейпу, так и вино, задействованное в упомянутых сценах из «ГП и ПП», принадлежит зельевару Горацию Слагхорну. Буквально бросается в глаза совпадение между яркой сценой отравления из шестой книги и одной из подсказок Снейпа: «Во-первых, как бы яд не пытался спрятаться, всегда он будет слева от крапивного вина». Яд рядом с вином. Смерть (опасность) рядом с вином. И в «ГП и ПП» Рон едва не гибнет, выпив отравленного вина у Слагхорна. Но почему вино в подсказке именно крапивное, возможно, спросите вы. А Kotty, отбросив опустевший пакет из-под пряников, вам ответит. Крапива – это не простое растение. Это растительный эквивалент стихии огня (и опять огонь – невозможно не восхититься, до чего же символично пишет Роулинг!), что непосредственно связано с известным свойством этой травы – жгучестью. С одной стороны, крапива считается оберегом, используется для защиты от тёмных сил наравне с чесноком (спасает от болезней, удара молнии, проклятий ведьм), а с другой – несёт на себе клеймо «дьявольского» растения, непосредственно связанного с потусторонним миром. Это можно заметить в сохранившихся до сих пор народных поверьях, что крапива наиболее обильно разрастается на останках заброшенных домов и на местах, где было совершено убийство, а также в сохранившихся выражениях вроде «найти в крапиве» - родить внебрачного ребёнка (девушку попутал бес, она согрешила и вот результат). Крапивное вино, охраняющее с правой стороны яд – явный оберег*, но оберегов всего два, а ядов – три, что указывает на опасность, и действительно – не проконтролированный оберегом яд таки попадает в руки Рону в шестой книге. Негативная символика крапивы также находит своё отражение – выпитая склянка с крапивным вином не убережёт рвущегося вперёд Гарри от языков пламени. Но бес Гермиону не попутал, и она правильно находит нужные колбочки. Делаем вывод, что и Дамблдор нашёл верный выход и обошёл возможные ловушки в «ГП и ПП».

*В этом месте FalleN отдельно попросила Kotty объяснить, почему она придаёт значение расположению крапивного вина и яда друг относительно друга, на что получила исчерпывающий ответ. Дело в том, что вся система представлений человека о мире базируется на системе бинарных оппозиций. То есть, всё окружающее в представлении противопоставляется друг другу по неким признакам. Тьма и свет, верх и низ, живое и мёртвое, правое и левое. Один элемент из пары всегда несёт на себе положительную окраску, а противоположный ему – отрицательную. Насчёт борьбы света и тьмы, мира живых и мира мёртвых, а также местоположений рая и ада (верх и низ) отдельных пояснений не требуется. Но ведь правое и левое тоже всегда разделены. Об их положении в человеческом сознании мы можем судить по дошедшим до наших времён суевериям, что на левом плече человека всегда сидит демон, на которого мы старательно плюём (тьфу-тьфу-тьфу), а на правом – ангел хранитель. Это же представление закреплено и в речи. Правда, право, правильный, быть правым и даже праведный – это всё слова одной лексической группы, имеющие сугубо положительную окраску. Это ставит «правую» сторону в один ряд со светом, жизнью, верхом. «Левый» не так прочно вошёл в лексику, но отдельные фразеологизмы выдают его с головой: «левая какая-то водка/программа/техника», говорим мы, имея в виду подделку, «липу»; «пошёл налево» о загулявшем от жены муже; «левак», «работать налево» – обман работодателя и так далее. Все эти примеры ясно свидетельствуют о существующем противопоставлении и автоматически относят «левую сторону» в разряд тьмы, хаоса, низа. В качестве бонуса могу отметить, что именно из-за этой, существующей глубоко в подсознании архаической конструкции, некоторые родители и воспитатели никак не могут смириться с ребёнком-левшой, старательно его переучивая. А в древности левшей так и вообще боялись, в некоторых племенах даже уничтожали вместе с неудачно появившимися на свет близнецами. Но это уже отдельная история. Таким образом, расположенное справа от яда крапивное вино выполняет положительную функцию крапивы, то есть оберега.

Теперь, когда любопытство FalleN удовлетворено, она снова готова делиться с вами наблюдениями и переходит непосредственно к зельям. Как было отмечено выше, на первом уроке Слагхорна мы наблюдаем пять зелий: веритасерум, оборотное зелье, амортенция, феликс фелицис и напиток живой смерти. В «ГП и ФК» перед Гарри и Гермионой – семь склянок. Минус два вина – пять. Две колбы содержат зелья, которые позволят выбраться из комнаты. Одна колба с замораживающей жидкостью – чтобы Гермиона могла спастись и невредимой вернуться назад, другая – чтобы Гарри мог пройти вперёд и узнать, успел ли «Снейп» добраться до философского камня. Ситуация аналогична событиям в «ГП и ПП», когда Гарри принимает феликс фелицис, чтобы добыть воспоминание Слагхорна и тем самым раскрыть главную тайну Вольдеморта. А своим друзьям он даёт остатки феликса фелициса, чтобы те смогли защититься от опасности в отсутствие его и Дамблдора. Таким образом, две колбы мы вполне можем идентифицировать с зельем удачи (в конец обнаглевшие со своими дерзкими выводами аффтарши уже слышат возмущённые голоса читателей, но… потерпите немного). Идём дальше.

Три бутылочки с ядом. Почему же они обязательно должны быть смертельно опасными? Вряд ли Дамблдор и Снейп заготовили для первоклассников настоящую отраву, рискуя вовремя не успеть с противоядием. Таким образом, можно сделать вывод, что это, скорее всего, зелья с некими неприятными эффектами, которые нанесут какой-то вред здоровью и не помогут друзьям спастись из ловушки, а стало быть, бесполезны в решении задачи. Под это определение подходят веритасерум, оборотное зелье и, безусловно, напиток живой смерти. Оборотное зелье и веритасерум уже отыграли свои роли во второй/четвёртой и четвёртой/пятой книгах соответственно. Для шестой книги они значения практически не имеют. А вот напиток живой смерти, как мы предполагаем, может появиться в седьмой книге, но в шестой он опять же никакой роли не сыграл. Потому перечисленные зелья должны остаться нетронутыми, в стороне, то есть в списке ядов.

Но остаётся амортенция! Значит, что-то мы пропустили. Тема любовного зелья, гормонального всплеска и воистину испанских страстей проходит красной ниткой сквозь всю шестую книгу, и отбросить её в сторону никак нельзя. Мы с Kotty склонны считать, что «любовное зелье» - это метафора, с помощью которой писательница может описывать буйство гормонов в юношеских организмах. Используя тонкую цензуру, Роулинг буквально заигрывает с читателем, повествуя о «муравьях в штанах», не только иронизируя по этому поводу, но и показывая, до каких ужасных последствий может довести «гормональная лихорадка», не являющаяся, по сути, любовью.

Итак. Если зелье из золотистого котла не в списке ядов и не относится к вину, то делаем вывод, что оно в тех же бутылях, что и феликс фелицис. Подобную вероятность не стоит исключать. (Отметим на всякий случай, именно здесь никаких шипперских ниточек мы не проводим и проводить не собираемся. Мы просто рассматриваем поведение тех или иных персонажей без каких-либо намёков на пары). Смотрите: в «ГП и ФК» Гарри и Гермиона выпивают зелья, и после этого их пути расходятся в противоположные стороны. Если взять в качестве критерия, например, то, что Гарри и Гермиона в данной комнате выступают в качестве воплощения вообще всех женских и мужских персонажей в шестой книге, то мы получаем феерическую картину жизни хогвартских подростков спустя пять лет (вспоминаем все амурные истории и интриги в шестой книге). Хотя трактовать момент можно и более узко. Обратите внимание, что в тексте «ГП и ПП» именно у этих двух персонажей наиболее выпукло описаны ситуации, легко объясняемые как раз «гормональным бунтом». У Гарри в животе поселяется недобрая зверушка, а Гермиона ведёт себя неожиданно крайне экспрессивно, не по-гермионски (здесь можно вспомнить хоть золотых птичек, хоть приглашение МакЛаггена на вечеринку). И, как можно заметить, друзья действительно довольно сильно отдаляются от Гарри. Гермиона впервые за весь цикл подчёркнуто практически не участвует в разрешении его проблем.

And I don't think you should forget" — she heaved her bag onto her shoulder and gave him a very serious look — "that what you're supposed to be concentrating on is getting that memory from Slughorn. Good night."
- И еще не забывай, — она [Гермиона] закинула сумку за плечо и взглянула на него очень серьезно, — от тебя ждут, что ты сосредоточишься на том, как добыть то воспоминание Снобгорна. Спокойной ночи.
Гарри в некотором смущении проводил глазами ее удаляющуюся фигуру.

Очень часто в «ГП и ПП» нашему герою не остаётся ничего иного, как наедине с самим собой переваривать и обдумывать многие вопросы. Юноша по-настоящему ощущает присутствие друзей лишь дважды за всю книгу: в «Норе», когда рассказывает им о пророчестве, и после похорон Дамблдора. А на самих похоронах Гарри чувствует себя таким одиноким, каким прежде себя никогда не чувствовал. Цитата из книги: «Последний и величайший его защитник умер, и никогда ранее не был он так одинок». И это в то время, когда он смотрит прямо на своих лучших друзей, а рядом сидит любимая девушка. Чем может быть вызвана такая ситуация? Как знать, возможно, всё дело в этой самой «амортенции», то есть гормональных бурях подростковых организмов, что не дают избранному мыcлить здраво.

Как бы то ни было, дальше, в последний зал, который скрывается за чёрным пламенем, Гарри Поттер пойдет один: это его и только его миссия. Но прежде чем перейти к следующей части нашей теории, остановимся на прощальной беседе Гарри и Гермионы и попробуем соотнести её с некоторыми мыслями, которые директор высказывал мистеру Поттеру в то или иное время.

Hermione's lip trembled, and she suddenly dashed at Harry and threw her arms around him.
"Hermione!"
"Harry -- you're a great wizard, you know."
"I'm not as good as you," said Harry, very embarrassed, as she let go of him.
"Me!" said Hermione. "Books! And cleverness! There are more important things -- friendship and bravery and -- oh Harry -- be careful!"
Губы Гермионы задрожали, и она вдруг бросилась к Гарри и обвила его шею руками
- Гермиона!
- Гарри, ты великий волшебник, - прошептала Гермиона ему на ухо.
- Но я не так хорош, как ты, - произнёс Гарри, когда Гермиона разжала объятия. Он чувствовал себя смущённым.
— Я! — воскликнула Гермиона. — Книжки! Плюс сообразительность! А есть гораздо более важные вещи – дружба и храбрость, и... о, Гарри! - будь осторожен!
Не то же ли самое в течение всего цикла пытается втолковать парню директор? Так, ближе к концу шестой книги он проводит с Поттером целую беседу на эту тему, в которой вновь пытается объяснить, что козырь у Гарри в руках, и Избранному остаётся лишь осознать, в чём его сила и эффективно её использовать. Цитата из «ГП и ПП»:
It will take uncommon skill and power to kill a wizard like Voldemort even without his Horcruxes."
"But I haven't got uncommon skill and power," said Harry, be­fore he could stop himself.
"Yes, you have," said Dumbledore firmly. "You have a power that Voldemort has never had. You can —"
"I know!" said Harry impatiently. "I can love!" It was only with difficulty that he stopped himself adding, "Big deal!"
"Yes, Harry, you can love," said Dumbledore, who looked as though he knew perfectly well what Harry had just refrained from saying. "Which, given everything that has happened to you, is a great and remarkable thing. You are still too young to understand how unusual you are, Harry."
…Чтобы убить такого волшебника, как Вольдеморт, даже без хоркруксов, требуется редкое мастерство и сила.
— Но у меня нет редкого мастерства и силы, — вырвалось у Гарри.
— Нет, есть, — решительно возразил Дамблдор. — У тебя есть сила, которой никогда не было у Вольдеморта. Ты умеешь…
— Знаю! — нетерпеливо перебил его Гарри. — Я умею любить! — И тут же чуть не добавил: «Ну и что!»
— Да, Гарри, ты умеешь любить, — согласился Дамблдор с таким видом, будто отлично знал, о чем промолчал Гарри. — А это, учитывая все, что с тобой успело случиться, очень важно и замечательно. Ты еще слишком молод, чтобы понять, какой ты необыкновенный, Гарри.
Не правда ли, есть что-то общее в приведённых выше двух отрывках? Гарри отрицает свою исключительность, а Гермиона и Дамблдор на ней настаивают. Нам же известно, что Джоан Роулинг в большинстве случаев говорит устами именно этих двух персонажей, что она прямым текстом подтвердила в одном из своих интервью в феврале 2003 года:
JKR: Absolutely right, I find that all the time in the book, if you need to tell your readers something just put it in her. There are only two characters that you can put it convincingly into their dialogue. One is Hermione, the other is Dumbledore. In both cases you accept, it's plausible that they have, well Dumbledore knows pretty much everything anyway, but that Hermione has read it somewhere. So, she's handy.

ДжКР: Совершенно верно. Каждый раз, когда я пишу и мне надо сообщить читателю что-то важное, я вкладываю эту реплику в уста Гермионы. Есть только два персонажа, в чьем исполнении все что угодно звучит убедительно: она и Дамблдор. Потому что Дамблдор знает обо всем происходящем вокруг, а Гермиона об этом прочла. Поэтому она очень полезный герой.

Так что остаётся надеяться, что к седьмой книге Гарри достаточно вырос, чтобы, наконец, осознать, что конкретно крылось в словах Гермионы на первом курсе и в тираде Дамблдора в шестой книге: доверяй своему сердцу, своим чувствам, и они тебе помогут и спасут, так как Вольдеморт против них бессилен.

И напоследок. «ГП и ФК»: Гермиона исчезает в пурпурном пламени, и Гарри остаётся один.
"Here I come," he said, and he drained the little bottle in one gulp.

Я иду, — произнес он и залпом осушил бутылочку.
«ГП и ПП»: в конце шестого курса Гарри с болью в сердце принимает смерть директора и понимает, что теперь всё зависит только от него самого. У белой гробницы Альбуса Дамблдора юноша твёрдо решает:
'I'm going back to the Dursleys' once more, because Dumbledore wanted me to,' said Harry. 'But it'll be a short visit, and then I'll be gone for good.'

— Я последний раз съезжу к Дурслям — так хотел Дамблдор, — ответил Гарри. — Я пробуду там совсем ненадолго, а потом уеду навсегда.

Дверь, отделяющая Гарри от завершающего этапа полосы препятствий, не просто присутствует – она пылает в чёрном пламени, что говорит об исключительной важности того, что ждёт героя впереди. Теперь, когда избранный готов исполнить своё предназначение и наделён властью пройти сквозь чёрное пламя, мы на время прервём наш рассказ, чтобы вскоре вернуться к нему уже с другом качестве, примерив на себя мантию, бусы и очки Сибиллы Трелони.

Ведь впереди нас ждёт самое интересное – для описания событий седьмой книги Роулинг выделяет целую главу – «Человек с двумя лицами». А мы, в свою очередь, для разбора этой главы выделили второй акт нашей теории.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 40 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →